Практика изменения наркополитики становится реальностью в регионе ВЕЦА
В последнее время из Грузии приходят противоречивые новости. Одни утверждают, что недавно там легализовали марихуану, и теперь раскурить косяк на улице Руставели не представляется проблемой. И зачем тогда тратить деньги на дождливую и дорогую Голландию, если можно приехать в солнечную и гостеприимную Грузию. Другие же говорят, что все это полная чушь, и Грузия по-прежнему остается страной с самой репрессивной наркополитикой в нашем регионе. Так что же там происходит – продолжается нарковойна или набирает обороты наркореформа? Секретариат ЕСЛУН в количестве четырех человек: Маша Тварадзе, Алена Асаева, Юрий Боровой, Александр Левин и менеджер по развитию потенциала членов сети и сообщества ЕССВ Ольга Беляева недавно посетили Грузию, чтобы своими глазами посмотреть на ситуацию изнутри и уже точно проинструктировать всех, кто сюда собирается - брать им с собой пачку «Беломорканала» или пока не стоит.
Мы здесь власть
Офис «Грузинской сети людей, употребляющих наркотики» (GeNPUD) и еще нескольких дружественных ей организаций – огромная двухэтажная квартира в центре Тбилиси. GeNPUD арендует ее у одного старого грузинского коммуниста. Вокруг активисты за 40 лет, стаж употребления наркотиков – за 20, говорим на русском.
- Все-таки хорошо жили коммунисты при советской власти, а теперь пришли мы, - говорит Кока Лабарткава, председатель сети.
На столе печенье, на стенах активистские плакаты. Все в офисе готовятся к предстоящей акции «Поддержка, а не наказание». В этом году GeNPUD решил сделать огромный баннер, реально огромный – 50 метров на 20, с надписью «Не наказывай» и растянуть его перед Министерством внутренних дел Грузии.
- МВД - это те, кто нам все время мешает, - говорит Кока. – Они против любых изменений и реформ наркополитики в стране. Если со всеми другими структурами удается договориться, то МВД ни в какую. Остаются только акции.
История наркополитики Грузии – это такой бесконечный сериал по типу Санта-Барбары со своими интригами и резкими поворотами сюжета. Если немного проследовать по исторической перспективе в эпоху президента Шеварнадзе (1995-2003 гг.), то после безумных 90-х, схожих по своим событиям во всех странах нашего региона, в Грузии наступила некая стабильность и упорядоченность. Но в советском смысле этого слова. Наркотики присутствовали на рынке, существовал достаточно репрессивный уголовный кодекс, но правительство делало вид, что такой проблемы нет, и особо ей не занималось.
При Саакашвили (2004-2013 гг.) наркополитика Грузии делает резкий поворот в сторону репрессий. Собственно, политика, которая сегодня осуществляется в отношении наркотиков и потребителей здесь – остаточное явление именно того времени. В нулевые она стала частью общей стратегии молодого президента на сближение с США. Сложно сейчас говорить, принесло ли это пользу Грузии. Наверное, да, поскольку вытянула страну из советско-номенклатурного болота эпохи Шеварнадзе и достаточно сильно модернизировала политику, экономику, социальную сферу, включая реформы полиции, медицины, туризма. Но что однозначно стало тупиковой проблемой – это новая репрессивная наркополитика, которая копировала аналогичную политику США.
- Саакашвили поменял статьи уголовного кодекса и объявил войну с наркотиками и нулевую толерантность по отношению к потребителям, точь в точь как в Америке, - говорит Лаша Абесадзе, член GeNPUD. – Я во время правления Миши отсидел 6 раз. Несколько раз меня арестовывали и сажали в тюрьму просто за то, что я был в состоянии употребления. Несколько раз за совсем незначительные количества. Один раз вообще использованный шприц взяли на экспертизу, там какие-то сотые, тысячные даже миллиграммы нашли, невидимые глазу, и опять меня осудили.
Вообще, когда в Грузии начинаешь говорить с потребителем наркотиков о том времени, это всегда вызывает массу взрывных эмоций, махание руками и русский мат с певучим грузинским акцентом. Такая история есть у каждого, кто употреблял наркотики в то время. GeNPUD не исключение, здесь тоже у всех есть по несколько судимостей и отбывание наказания в тюрьмах в то время со сроками от 6 до 8 лет и именно по таким незначительным поводам.
Наркополитика при Саакашвили, как любая репрессивная машина государства, исключения не делала ни по какому поводу и ни для кого. Вне закона было как хранение любых количеств веществ, так и само их употребление. В тюрьмы садились по одной статье и за марихуану и за героин, и старики и совсем молодые ребята, которые могли просто покурить косяк на вечеринке.
- Тем не менее, в Грузии, начиная с 2006 года, мы начали бороться за гуманизацию репрессивной наркополитики, - говорит Кока. - Нам стало понятно, что это правительство просто так не переключит рычаги насилия над гражданами, десятки тысяч которых объявлены преступниками только за потребление наркотиков. Репрессивная наркополитика, которая сражается с людьми, а не с проблемой, отнимает нашу свободу, надежду на будущее, здоровье и что самое дорогое - нашу жизнь! Когда в очередной раз одного из наших друзей посадили по смехотворному поводу, мы поняли, что только объединившись сможем организованно противостоять этому безумию. Так появился GeNPUD.
Когда власть в Грузии сменилась в очередной раз, и страну возглавил Георгий Маргвелашвили (2013 – по настоящее время), ставленник миллиардера Бидзины Иванишвили, наркорепрессии и охота в прямом смысле этого слова за потребителями наркотиков прекратились. Война закончилась, все выдохнули. Так, за первый год нового президентства количество арестов за наркопреступления сократилось вдвое.
Тем не менее, закон есть закон, и то репрессивное законодательство, которое появилось при Саакашвили, по факту до сих пор остается действующим в стране и является оружием в руках власти и полиции, делая местную наркополитику одной из самых репрессивных в мире.
Есть чего?
Говоря о наркополитике, невозможно не сказать несколько слов о наркосцене Грузии и о тех веществах, которые на ней сегодня присутствуют. В целом, список наркотиков здесь не особенно широко представлен. Хоть это и кавказская страна, располагающаяся территориально недалеко от основных производителей и поставщиков, например героина и марихуаны, тем не менее, трафик в Грузию этих и других веществ не развит, либо обходит стороной, либо во время транзита по ее территории не делает остановок, либо рынок настолько мал, что не представляет интереса. Ответ на этот непростой вопрос следует искать, наверное, в особом отделе местного МВД, у специалистов-энтузиастов или вообще у наркоконспирологов. По крайней мере, сами потребители наркотиков ответ на этот вопрос дать не могут.
Ситуация не меняется на протяжении довольно длительного времени и при всех трех последних президентах остается не изменой. На сегодняшний день в Грузии практически отсутствует героин на рынке, а если он и есть, то очень низкого качества, который отказываются покупать потребители даже в состоянии абстиненции при отсутствии всех других вариантов. Основным опиоидным наркотиком, который употребляют здесь на протяжении многих лет, остается нелегально ввезенный французский бупренорфин под брендовым названием «Субутекс». Стоимость одной таблетки «Субутекса» в дозировке 0,2 миллиграмма бупренорфина составляет порядка 200 долларов США. Несмотря на заоблачную цену, его тоже достаточно сложно достать, и всегда это связано с риском уголовного преследования со стороны полиции.
Распространен первитин («винт»), который варят из местной эфедры. Горная эфедра растет на всей территории Грузии. Ее можно найти и насобирать даже во дворах жилых домов в центре Тбилиси. Амфетамина, метамфетамина, экстази не так много, и они присутствует в основном в рамках клубной культуры. Сейчас рынок заполнили в основном так называемые новые психоактивные вещества (NPS), в связи с чем фиксируется много отравлений и передозировок. Марихуана есть в виде травы и гашиша. Трава в основном местного производства и не отличается хорошим качеством. Гашиш завозят, и он, как правило, очень хорошего качества.
Часто потребители наркотиков из-за низких цен заменяют «традиционные» наркотики психотропными препаратами, покупая их без рецепта в местных аптеках. В прошлом году правительство приняло новые правила продажи, согласно которым в случае выдачи психотропных лекарств без рецепта фармацевту грозит запрет работать по профессии на три года. Но на ситуацию с покупкой «аптечных» наркотиков это сильно не повлияло. В Грузии есть и метадоновая заместительная терапия, первые программы которой появились еще при Саакашвили.
- Казалось бы, явный парадокс в рамках той наркополитики, которая проводилась тогда в стране, - вспоминает Кока Лабарткава. – Но, с другой стороны, ничего удивительного. Деньги на программы давал Глобальный фонд, западная организация, а для тогдашнего правительства все западное было фетишем. И в США программы работают, так что тут мы оказались в хорошей ситуации.
На сегодняшний день за работу программ заместительной терапии отвечает Центр психического здоровья и профилактики наркомании. Он обслуживает 3 тысячи человек по всей стране. В Тбилиси действуют семь отделений центра, в Телави, Гори, Кутаиси, Озургети, Поти, Зугдиди, Кобулети, Батуми и Зестафони – по одному.
Программы платные. Стоимость составляет 215 лари (более 86 долларов) в месяц, из этой суммы пациент платит 110 лари (более 44 долларов), а остальную сумму покрывает государство. Для пациентов с ВИЧ-инфекцией и социально незащищенных лиц лечение бесплатное. В рамках государственной программы с этого лета программа станет бесплатной, и пациентам больше не придется платить часть суммы за лечение.
Артерия политической свободы
Возвращаясь ко времени президентства Саакашвили, можно сказать в его пользу то, что он дал возможность вырасти новому поколению грузин, свободных от старых предрассудков республики на окраинах российской империи. Резко повернув на запад, направив вектор развития в сторону США, он смоделировал в стране атмосферу свободы и выбора. Молодые ребята перестали учить русский язык в школах и институтах, заменив его на повсеместный английский. И сегодня русская речь в Грузии большая редкость, особенно когда пытаешься заговорить на ней с кем-то, кто младше 30 лет. Это касается и потребления наркотиков.
- Молодые грузины практически не употребляют тяжелые наркотики, - говорит, сбиваясь на английский, Дато Субелиани, один из руководителей движения «Белый шум». – Марихуана, клубные вещества – это максимум. Быть зависимым от наркотиков – это больше не выбор сценария жизни, наркотики - это просто часть досуга. И это нормально. Это и есть декриминализация, когда вещество не демонизируется, не превращается в угрозу и врага всего человечества, не является атрибутом и клеймом позора для самого человека. Это просто вещество, ни больше и ни меньше. В нашем маленьком движении и среди наших друзей подобная декриминализация уже состоявшийся факт. Дело осталось за малым – сделать это фактом во всей стране.
Штаб-квартиру «Белого шума» сложно назвать офисом. Несколько комнат, в самой большой в углу – кухонный остров, стоит кофейник. В центре длинный белый стол, лежат ноутбуки, засыпанные листовками, банки «Колы-Зеро». Входная дверь все время открыта, приходят и уходят молодые ребята, каждый занят своим делом. Ощущение, что находишься в компании Googleили Facebook. И только плакаты на стене с количеством задержанных за наркотики и суммой с огромными нулями, которую государство, а значит простые грузины, тратят на содержание всей этой репрессивной машины, возвращает в самый центр борьбы за гуманную и эффективную наркополитику. В центр в буквальном смысле этого слова, потому что штаб-квартира «Белого шума» находится на Площади Свободы, в самом начале проспекта Руставели – главной артерии политической свободы страны.
Стражи галактики
«Белый шум» - горизонтально управляемое движение, активисты которой верят, что нужно делать все возможное, чтобы изменить репрессивную наркополитику в Грузии. Существует ошибочное мнение, что они борются только за декриминализацию марихуаны. Это не так. Марихуана – это важно, но для движения нет разницы между веществами, если их употребление ведет к репрессиям против людей. Не дискриминировать отдельные наркотики, значит не дискриминировать тех, кто их употребляет.
Это принципиальная вещь, которую многие организации в мире игнорируют, выдвигая борьбу за один наркотики в приоритет, и замалчивая или отрицая право на декриминализацию других. Право колоться героином не менее важное, чем право курить косяк с травой. Нельзя разрешить одно и продолжать запрещать и наказывать за другое, считают в «Белом шуме».
- У нас нет времени на постепенные изменения, - говорит Дато. – Мы должны полностью поменять политику в этой области прямо сейчас. Это наша цель, наше видение. Правительство говорит - давайте мы вам разрешим курить траву, а потом как-нибудь и до остальных наркотиков дойдем. Мы, типа, все понимаем, но сразу нельзя, это испортит наш имидж и так далее. Но как только мы начинаем играть в их любимую игру «дискриминация», в которой они абсолютные чемпионы мира и галактики, все, мы уже проиграли. Нет никаких тяжелых и легких наркотиков. Есть только люди и их права. Кайфуем мы по-разному, а сажают всех одинаково.
Бека не преступник
Движение «Белый шум» началось в 2013 году с истории музыканта Беки Тсикаришвили. Одним солнечным тбилисским днем он шел к друзьям, и полиция поймала его с 70 граммами марихуаны. Тогда ему грозило 6-8 лет тюрьмы. Для друзей Беки перспектива, что его посадят на 6-8 лет за такое «чудовищное преступление» стала настоящим шоком. В миллионах квартир по всему миру в ту самую минуту обычные люди курили траву, общались, признавались в любви, гуляли с детьми и помогали своим родителям копать картошку на даче, но в Грузии Беке Тсикаришвили за это грозило 6-8 лет изоляции.
История Беки спровоцировала и запустила информационную кампанию под слоганом «Бека не преступник!». Задача была простой – рассказать обычным людям, которые живут с установкой «наркоман равно преступник», о жизни Беки и его семье, о его любимой девушке, о его картинах и музыке.
- Как люди у нас относятся к потребителям наркотиков? – Дато встает, начинает ходить по комнате и эмоционально размахивать руками. Кажется, что он пританцовывает, как индийский шаман во время мистического ритуала. – Что это конченый человек, без семьи, без друзей, больной, грабитель, весь вот этот набор репрессивной лексики и мифов из телевизора и СМИ, из правительства, из полиции. Конечно, что такой человек не вызывает ни у кого сочувствия, а только страх. И желание от него избавиться, убрать с улиц городов подобных персонажей. Но случай Беки был совсем другим. Мы показали его жизнь, и вся страна это увидела и, как ни странно, встала на нашу сторону.
Так история Беки получила широкое общественное внимание. И в этот момент людям стало очевидно: с наркополитикой в стране что-то не так, происходит какая-то чудовищная война с их близкими, которые никакие не преступники и не приносят никому зла. Люди как будто очнулись от гипноза и начали говорить об этом.
Судебный процесс над Бекой продолжался. Однако судьи понимали, что посадить Беку рискованно, потому что очень много вокруг этой истории шума и разговоров. В итоге они решили выждать время и продлили дело.
- Кампания в мою защиту шла несколько месяцев, пока уголовное дело было в производстве, - рассказывает музыкант и активист «Белого шума» Бека Тсикаришвили. - Ее вели мои друзья, очень близкие мне люди. Проходили акции, но что принесло наибольший эффект – это создание информационного шума по городу и по стране. Главный мессадж кампании был в том, что людей нельзя лишать свободы и сажать в тюрьму за употребление и за такое количество вещества. Это неадекватная мера со стороны государства. Она не выдерживает никакой критики и не подкреплена ни единым аргументом.
Пока Бека ждал дома суда, его друзья рискнули и подали апелляцию в Конституционный суд Грузии о неконституционности приговора, связанного с тюремным заключением по этой статье Уголовного кодекса. Судьи рассматривали ее несколько месяцев. В итоге они согласились с выдвинутыми аргументами и постановили, что Бека нарушил закон, но тюрьма является непропорциональным наказанием для него, а количество марихуаны в размере до 70 грамм не может являться причиной для заключения под стражу. Соответствующая норма Уголовного кодекса была упразднена.
Решение Конституционного суда стало огромной победой. И не только потому, что Бека избежал тюрьмы, а то, что две трети заключенных по обвинению в хранении марихуаны до 70 грамм были немедленно освобождены из всех тюрем и колоний страны. Произошла законодательная амнистия, и сотни потребителей наркотиков благодаря Беке и его друзьям оказались дома.
Все эти события показали, что систему можно менять, останавливаться нельзя и нужно дальше продолжать бороться с репрессивной наркополитикой, потому что тысячи потребителей наркотиков еще остаются за решеткой, а незаконные аресты и суды работают в прежнем режиме. Кроме того, инициатива только лишь друзей Беки переросла в широкое движение, к которому присоединились десятки новых людей.
- В декабре 2015 года мы запустили кампанию «Белый шум», - продолжает свой шаманский ритуал Дато. – Название движения пришло к нам само собой, споров не было. Оно взято по аналогии с радио и теле шумами, которые возникают во время профилактических работ – создается не очень громкий, но довольно дискомфортный звуковой фон, который побуждает к действию: либо переключить канал, либо уменьшить громкость. В этих двух словах много глубины и смысла, который лучше всего соответствует тому, чем мы занимаемся. Мы создаем в обществе много шума, который некомфортен для властей.
Соблюдайте свой закон
Но победа Беки только приоткрыла «ящик Пандоры» грузинской наркополитики. Как ветхий полусгнивший дом, она требует капитального ремонта, считают активисты движения, а лучше всего – сноса и постройки на его месте нового.
Сразу за первой жалобой по делу Беки «Белый шум» подал вторую в Конституционный суд – о соответствии Конституции нормы тюремного заключения за определяемое существующим законом количество марихуаны в невысушенном виде. И снова выиграл это дело.
– Однако радоваться еще рано, - говорит адвокат Георгий Махарадзе, раньше он служил в полиции, а теперь работает по делам, связанным с наркотиками. – Да, теперь у нас есть две конституционные нормы: о сухой марихуане и о невысушенной. В них говорится, что хранение до 70 грамм травы в сухом виде или до 140 граммов в невысушенном для личных целей не приводит к наказанию тюрьмой, так как это противоречит Конституции Грузии. Но если кого-то поймают с таким весом, суд все равно признает этого человека уголовным преступником и выпишет огромный штраф. Хотя и не имеет права посадить. Применить к этим действиям понятие декриминализация в полном смысле этого слова пока никак нельзя.
Тем не менее, изменение наркополитической ситуации через Конституционный суд показало свою эффективность. «Белым шумом» подано еще несколько конституционных жалоб на несоответствие существующего законодательства по наркотикам Конституции страны.
Сейчас в Грузии наказывают даже за крошечные дозы разных веществ. Полиция в лабораториях определяет сотые и тысячные грамма наркотика, которые остались в шприцах после употребления, и на этом основании люди получают по 6-8 лет. Из 243 наркотических веществ в Списке запрещенных веществ две трети не имеют таких градаций, как минимальное количество, среднее и крупное.
Например, у дезоморфина тоже нет «незначительного количества», поэтому даже остатки в шприце автоматом приводят к тюремному заключению. В связи с этим «Белый шум» подал недавно жалобу в Конституционный суд о несоответствии этой нормы Конституции Грузии. На днях суд принял положительное решение по дезоморфину, но пока по количеству до 0,00009. Это небольшая цифра, однако, даже это решение позволяет выйти из тюрем всем, кого посадили за остатки вещества ниже этого предела. И таких людей немало.
На маленьком плоту
В Грузии Закон о наркотиках сделан так двусмысленно, что большинство людей, которые имеют дело с различными веществами, рано или поздно получают огромные штрафы в 30-40 тысяч лари (€ 12 000-15 000) или попадают в тюрьму. Как и во многих других странах, где проводится жесткая наркополитика, от нее больше всего страдают бедные. А потребителей наркотиков с трудом можно отнести к состоятельным слоям населения. Тбилиси, центральные регионы еще как-то адаптируются, люди находят деньги, пытаются защищаться. Но в регионах люди сидят без денег, без имущества, которое можно продать, поэтому проводят годы за решеткой.
Ситуация тупиковая, поэтому, несмотря на успехи в Конституционном суде, решения которого занимают много времени и по сути всего лишь латают дыры в репрессивном законодательстве, в какой-то момент «Белый шум» сосредоточил свои усилия на его полной реформе. Движение открыло второй фронт и начало бить и по несоответствиям Конституции, и по законодательству напрямую.
Сражаться с государством за изменение законов – сложная задача, особенно в одиночку. Поэтому организации и инициативные группы, которые работают в поле наркополитики и снижения вреда, как GeNPUD, или просто считают проблему прав человека значимой, как «зеленые» и различные студенческие движения, объединились в Национальную платформу по наркополитике. Сегодня Платформа объединяет 41 участника.
Первым шагом на пути реформирования законодательства стал поиск дружественных политиков, которые бы на парламентском уровне продвигали идеи новой грузинской наркополитики. И такие вскоре нашлись. Платформа стала плотно сотрудничать с парламентским Комитетом по делам здравоохранения и социальной защиты.
- Это лучшие люди в парламенте, которые открыто выступают на нашей стороне, - говорит Дато. - Ведь это напрямую касается вопросов здоровья. Платформа подготовила законопроект с предложениями, каким образом нужно проводить наркополитику в стране: предупреждение злоупотребления наркотиками, замена тюремного заключения, прекращение уличного тестирования.
Государственный налог на мочу
В Грузии есть «уникальный» наркополитический метод по борьбе с потребителями наркотиков, когда людей по малейшему подозрению берут просто с улицы на тестирование мочи. За последние семь лет более 300 тысяч человек – почти 10% населения Грузии – прошли подобную процедуру. И только у 30 процентов из них были выявлены какие-то следы употребления наркотиков.
- Мы проводили длительную работу против уличного тестирования, - рассказывает Дато. – И мы многого добились. После нашей информационной кампании люди отказываются сдавать мочу в полиции. Количество людей, которых забирают в полицейские участки на анализ, значительно уменьшилось, как минимум на 50 процентов. Есть конституционные нормы, позволяющие сопротивляться. Можно сказать, что ты не будешь сдавать этот анализ, потому что это может быть использовано против тебя. Но полиция давит на них. Для них это один из способов сделать статистику, наполнить суды.
Если человек твердо не настаивает на своем конституционном праве, то пользуясь отсутствием адвоката, криком и, иногда даже, применяя физическое насилие, полиция добивается своего. У полиции есть законное право задерживать на 12 часов, в течении которого они не дают ходить в туалет и унижают различными способами. Многие люди, особенно, если их арестовали первый раз, выбирают тестирование, так как в данном случае штраф за употребление всего 500 лари (12 000 рублей).
Благодаря «Белому шуму» люди становятся более осведомленными по поводу своих прав. Теперь они знают, что могут отказаться или что какие-то действия полиции неправомочны или вообще нарушают закон. Если же человека все-таки арестовывают, «Белый шум» включает свою систему защиты.
Участники движения организуют дежурства с видеокамерами у трех таких пунктов наркотестирования и рассказывают людям об их конституционных правах. Когда звонят друзья или родственники людей, которых арестовала полиция, адвокаты движения немедленно едут и разбираются на месте. Сразу же привлекается внимание СМИ и создается шум в информационном пространстве через социальные сети, в основном Facebook. Появляется новость на странице движения либо у кого-то из активистов с описанием этой ситуации, и с помощью репостов о ней узнает уже вся Грузия.
Когда не было дружественных адвокатов и не было денег их нанять, то добровольные активисты запрашивали помощь и информацию через социальные сети о том, что делать и на какие нормы права ссылаться, а адвокаты помогали дистанционно. Через какое-то время сочувствующие адвокаты стали приходить на места задержания и бесплатно помогать людям, что привлекало к движению все больше сторонников и профессионалов.
- Недавно мы открыли горячую линию для юридической помощи, - говорит адвокат Георгий Махарадзе. - Раньше люди могли обратиться к нам по личному номеру, но это не очень правильно. Нам важно быть быстрыми, быть на связи, потому что за первые 45 минут в полиции фабрикуется все дело, подписываются документы. Поэтому мы запустили официальную линию, для которой нужен простой для запоминания номер. За это пришлось бы заплатить очень много денег. Но телефонная компания дала нам его даром.
На связи
«Белый шум» с самого начала своей деятельности, с момента поддержки Беки Тсикаришвили заявил себя как сторонник акций прямого действия. До сих пор их проведение – визитная карточка движения. Не только в Тбилиси, но и на всей территории Грузии. Причем денег на них всегда либо мало, либо нет вообще. Некоторые кампании проводятся с нулевым финансированием, другие - поддерживают бизнесмены и люди с хорошим доходом, которые являются сторонниками движения. Главное не деньги, считают в «Белом шуме», а желание мыслить и действовать нестандартно.
В прошлом году в Кутаиси Леван Абзианидзе вечером шел домой. Полиция остановила его и попросила сделать тест на мочу, он отказался. После этого его забрали в отделение. Он не мог помочиться, потому что у него были проблемы с давлением. Полицейские дали ему мочегонные таблетки, которые влияют на артериальное давление, после чего взяли мочу и вскоре отпустили. По дороге домой он скончался прямо на улице. Было длительное расследование. «Белый шум» настаивал на том, что полиция, а значит государство убило этого человека. Несмотря на официальный ответ, что эти таблетки не могли нанести никакого вреда, активисты движения все равно поехали во вторую годовщину его гибели в город, в котором он жил, перекрыли с двух сторон мост и выложили свечами фразу «Левана Абзианидзе убило государство». Их огонь горел в память о нем и показывал, что этот человек стал жертвой репрессивной политики государства по отношению к своим гражданам.
На улицах Тбилиси часто можно увидеть надпись на стенах «Мама, ты осталась одна, но что мне делать?». Это фраза из предсмертной записки 22-летнего Демура Стуруа из села Дапнари в Западной Грузии. Он покончил жизнь самоубийством после того, как его принуждал к сотрудничеству офицер полиции. «Белый шум» приехал в этот город и провел митинг перед полицейским участком. У активистов произошла стычка с его сотрудниками, после того как они написали на машине именного того полицейского, что он убийца. На обратном пути полиция арестовала несколько активистов и отвезла их обратно в участок города. «Белый шум» развернул автобус и свои машины и тоже вернулся обратно. Всего несколько минут – звонки в СМИ и информация в социальных сетях, и полиция освободила всех задержанных.
Акций, которыми «Белый шум» реагировал на подобные истории, уже больше нескольких десятков. Они касаются как частных историй, так и системных проблем наркополитики Грузии. Последняя акция прошла в Тбилиси совсем недавно и была связана с двумя молодыми рэп-исполнителями из группы «Биржа-мафия». Они выпустили видео-ролик, в котором, как показалось полиции, присутствуют оскорбления в ее адрес. Через непродолжительное время, по версии «Белого шума», в качестве мести полицейские подкинули им наркотики и арестовали. По существующему закону им грозил длительный тюремный срок или даже пожизненное заключение по обвинению в незаконном приобретении и хранении веществ в особо крупных размерах.
Как только об этом стало известно «Белому шуму», началась кампания по их освобождению. В СМИ появились публикации с расследованиями этой истории, в интернете пошла информационная волна, а у парламента Грузии была организована массовая акции в их поддержку. Участники акции с плакатами «Пусть закончится война с народом!», «От системы несет», «Долой незаконные задержания!» и «Мафия внутренних дел (МВД)» прошли по центральному проспекту столицы к зданию Парламента Грузии, где завершили шествие митингом. На нем они потребовали освободить музыкантов и начать реформирование репрессивной наркополитики в стране. Эта история вызвала огромный резонанс в обществе, и через какое-то время ребят выпустили под залог.
Война престолов
16 июня акция у парламента по поводу ареста двух реперов совпала с голосованием его депутатов по поводу нового законопроекта по марихуане. По невероятному стечению обстоятельств, пока под их окнами «Белый шум» требовал их освобождения и реформы грузинской наркополитики, депутаты единогласно одобрили в первом чтении законопроект, предусматривающий отмену ареста и лишения свободы за хранение и употребление ограниченного количества марихуаны или конопли, а также отмену ареста за их выращивание. Его инициатором выступило Министерство юстиции, которое пытается привести конституционное решение по делу Беки к законодательной норме.
- После второго слушания они уже удалили выращивание марихуаны из законопроекта, - говорит Дато. - И теперь мы ждем третьего слушания. Но забавно то, что несколько дней назад мы выиграли еще одно конституционное дело, связанное именно с культивированием, поэтому я не знаю, что они будут теперь делать. С другой стороны, законопроект по декриминализации наркотиков нашей Платформы готов. Поэтому не так важно, что происходит именно с этим законом, подготовленным Министерством юстиции. Это не то, чего мы хотим. Вопрос марихуаны для нас важен, но только в контексте изменения закона по всем наркотикам.
Парламент Грузии уже инициировал обсуждение законопроекта, представленного Национальной платформой по наркополитики, который фактически и юридически подразумевает декриминализацию как потребления, так и хранения наркотических средств в личных целях. В связи с реформами, которые продвигает Платформа, и на фоне протестов «Белого шума» из-за арестов грузинских рэперов появилось заявление и премьер-министра Грузии Георгия Квирикашвили. В нем он признал срочную необходимость смягчить наркополитику в стране.
- Я обращаюсь к парламенту с просьбой ускорить работу над этим вопросом, чтобы хотя бы к осенней сессии успеть принять измененный, гуманный и соответствующий европейским стандартам закон, - заявил премьер-министр.
Однако в правительстве ожидаемо идут и обратные процессы: прокуратура и министр внутренних дел противостоят декриминализации. Аргумент с их стороны - это нужно делать, но службы пока не готовы к этому. Они предлагают отложить реформу на несколько лет.
- Сейчас мы чувствуем персональное давление на себя перед этой финальной битвой, - делится Дадо. - Для них логичный ход – показать, что кто-то из нас замешан в чем-то очень плохом, в распространении, например, и так далее. Недавно нескольких наших активистов, которые летели из Берлина, задержали в аэропорту по подозрению в контрабанде наркотиков. Пытались на них давить, заставили сделать МРТ всего тела и прочий бред, но у них, конечно, ничего не получилось. Поэтому мы стараемся быть предельно аккуратными.
Новый законопроект Платформы опирается на опыт Португалии в декриминализации наркотиков и ориентирован на систему медицинской и социальной помощи, а не на полицейские репрессии. Чтобы декриминализовать все виды веществ, платформа предлагает определить допустимое разрешенное количество хранения для каждого из них. Например, в Португалии это десятидневная доза различных наркотиков. Следуя этой модели, платформа провела экспертные подсчеты и предлагает в новом законе определить однодневную разрешенную дозу для всех веществ, наличие которой не ведет к уголовному преследования.
Тройка, семерка, туз
Несколько лет назад история Беки и его победа в Конституционном суде стала ярким стартом новых идей и движения, и через какое-то время «Белый шум» стал настоящим брендом в Грузии. Сегодня, если спросить любого грузина, знает ли он Беку и «Белый шум», то ответ будет положительным. К акциям и требованиям движения прислушиваются правительство и парламент Грузии.
Если взглянуть на этой феномен, то можно говорить о трех вещах, на которых держится движение «Белый шум» и которые позволили ему так изменить ситуацию в стране.
Первое, это межсекторальность. Люди, которые поддерживали Беку, принадлежали к самым разным социальным движениям – феминистки, социалисты, «зеленые», либертарианцы и т.д., которые сегодня объединены в Национальную платформу по наркополитике. И здесь «Белый шум» повторил модель на уровне мировой практики. Идея межсекторальности зародилась в США во время Второй мировой войны, когда в страну начало приезжать много беженцев, и они принесли с собой много различных философских и социальных идей.
Это способствовало тому, что представители различных слоев Америки стали объединяться на их основе для защиты своих прав. Особое место и значение в истории этих движений занимает объединение черного населения в борьбе против сегрегации и расизма, а также попытка решить те проблемы, которые с этим связаны – бедность, отсутствие доступа к образованию и медицине и т.д., в рамках более широкой платформы участников. В результате движения, защищающие разные интересы, нашли возможность соединиться и поддерживать друг друга в разных точках соприкосновения своей борьбы. Так, например, феминистки занимались борьбой за снижение уровня бедности женского населения, не важно, черного или белого. И это дало возможность движению в защиту черного населения и феминисткам вместе выступать за решение проблемы бедности у афроамериканцев.
Когда движение «Белый шум» только начиналось, было принято коалиционное решение, что оно не станет придерживаться только одной темы – марихуаны, а охватит все наркотики и проблемы, с ними связанные. И любые движения и партии, которые борются с системой, могут присоединиться к «Белому шуму», потому что цель у всех одна – справедливость и приоритет прав человека.
Второе, это политизация. Поскольку государство и обслуживающие его структуры, такие как полиция, суды и т.д., используют эту систему для подавления одних граждан и запугивания других, это очевидно является политическим вопросом. Движение много сделало для того, чтобы политизировать вопрос наркотиков и перестать его рассматривать исключительно в рамках общественного здравоохранения или уголовного правосудия. Если посмотреть назад, то еще четыре года назад политики с трибун говорили, что на улицах валяются шприцы, и нужно освободить общество от «наркоманов». И если сегодня кто-то из грузинских политиков позволит себе подобные высказывания, то в ответ получит общественное осуждение и публичную волну критики. Благодаря движению, тема потребителей наркотиков перестала использоваться и быть инструментом манипуляции массовым сознанием.
Третье, это новое поколение. С самого начала движение «Белый шум» привлекало к себе за счет межсекторальности и политизации проблемы наиболее социально и политически активную часть населения Грузии – молодых ребят, которые, условно, носят кроссовки «New balance». Им всегда «прикольно» поддерживать такие темы, бороться с системой, вкладываться в свое будущее, следить за новостям наркополитики и политики вообще, проводить много времени в социальных сетях – Facebook, Twitter. Они прочувствовали это движение и сделали его своим.
Просто сделай это
Инфографика
«Белый шум» использует в своей информационной работе инфографику, которая объясняет всю тяжесть ситуации людей, попавших под санкции наркозаконов. Инфографику очень просто и быстро можно распространять как в сети, так и офлайн, делая распечатки. Важно, чтобы их не было очень много и чтобы они были понятными, образными и легко запоминающимися.
Персонализация проблем
Очень хорошо работают личные истории, показ их с разных ракурсов. Например, если кто-то попадает в тюрьму - что это значит для этого человека, что это значит для его семьи, для его друзей, и почему это плохо для общества в целом? Важно персонализировать проблему и показать ее трагичность. В контексте персонализации очень хорошо работает сравнение: проблема, возникшая в результате применения санкций, и ее решение в результате применения другого, гуманного подхода. Это важно, потому что люди порой не понимают, что есть такие гуманные пути решения проблем, и что они успешнее.
Телевидение
Важно попадать на ток-шоу и там активно рассказывать о проблемах. Для этого, возможно, нужно немножко скандалить, чтобы заметили. Медиа любят скандалы, но вся страна увидит. Потом всегда все, что происходит, можно перетранслировать в социальных сетях. Нужно понимать при этом, что длинные ролики или аудио не работают, но всегда можно вырезать фразу политика, которая стала реакцией в ответ на вопрос, или действие или часть разговора, который касается обсуждаемой проблемы. Буквально на 2-5 минут в зависимости от контекста.
Другие сообщества
Очень хорошо помогает связь с другими движениями уязвимых групп, если найти что-то общее, в чем можно солидаризироваться и помочь друг другу. Тем более что проблема потребления наркотиков касается и СР, и МСМ.
Выходи за границы уязвимости
Также важно объединить потребителей психоделиков, новых видов наркотиков и так называемых тяжелых или инъекционных наркотиков. Нужно привлекать к акциям социально ориентированных людей. Сегодня наркотики употребляют в совершенно разных слоях населения: среди банкиров, депутатов и рабочих также есть потребители как инъекционных, так и не инъекционных наркотиков. Нужно показать, что обсуждаемая проблема касается не только джанки, которые зачастую уже не работают, но также и тех потребителей, которые, возможно, сегодня не задумываются, а завтра могут столкнуться с этой проблемой лицом к лицу.
Место дислокации – создание площадок
Необходимо находить лидеров джанки, психонафтов, МСМ, СР и рассказывать им, что несмотря на различия в наркотике и образе жизни, мы все живем в «одной большой тюрьме», и нахождение наше на свободе зачастую случайность а не закономерность. Можно сделать небольшую презентацию и рассказать о волнующей проблеме, показать, как эта проблема может коснуться каждого из присутствующих. Мы находимся в одинаковых условиях, и мы можем помогать друг другу, если объединимся – например, в рамках совместной акции.
Полиция
Очень хорошо использовать те моменты, когда полиция негуманно себя ведет, а также документировать такие вещи. Когда показываешь такие вещи, то люди понимают проблему и видят, как относится полиция к людям.
Налаживание коммуникаций с церковью
Активисты «Белого шума» даже думали использовать церковь, чтоб она высказалась против тюремного наказания потребителей, но церковь занимается всякими гадостями, например, физически расправляется с ЛГБТ-сообществом и т.п. Церковь, конечно, выступает против наказания, но стремится всех исправить. Из-за таких действий не имеет смысла с ними сотрудничать.
За недолгих три дня мы тоже стали частью этого движения. Вечером вся наша команда поехала к Давиду домой. Если ты приехал в Грузию, то избежать местного гостеприимства не удастся никак. Мы сидели за столом, на котором едва умещались все угощения, и говорили с ребятами из «Белого шума» о невероятных чудесах, которые происходят сейчас в их стране. И, единственное, чего хотелось нам в тот момент, чтобы когда-нибудь и мы могли рассказать об изменениях наркополитики в наших странах.
